Arms
 
развернуть
 
308000, г. Белгород, Гражданский просп., д. 49
Тел.: (4722) 33-32-17, 32-67-85, 27-44-96
oblsud.blg@sudrf.ru
308000, г. Белгород, Гражданский просп., д. 49Тел.: (4722) 33-32-17, 32-67-85, 27-44-96oblsud.blg@sudrf.ru


ПОРЯДОК ПРИЕМА ГРАЖДАН


Режим работы суда

понедельник
8.30 - 17.30
вторник
8.30 - 17.30
среда
8.30 - 17.30
четверг
8.30 - 17.30
пятница
8.30 - 16.15

перерыв
13.00 -13.45
Суббота, воскресенье - выходные дни

Прием граждан ведется в Приемной суда в течение рабочего времени

 

 

ДОКУМЕНТЫ СУДА
Обзор судебной практики судебной коллегии по уголовным делам Белгородского областного суда за 2016 год

Утвержден

постановлением Президиума

Белгородского областного суда

от «16» марта 2017 г.

Обзор судебной практики

судебной коллегии по уголовным делам

Белгородского областного суда за 2016 год

В 2016 году судебной коллегией по уголовным делам областного суда в апелляционном порядке пересмотрено 1998 решений районных судов в отношении 2146 лиц.

Из вышеназванного количества пересмотренных решений обжаловано 700 приговоров в отношении 815 лиц, из них в отношении 674 лиц (82,7 %) – приговоры оставлены без изменения, в отношении 111 лиц (13,6 %) –изменены, в отношении 30 лиц (3,7 %) – отменены.

Отменены и изменены приговоры ввиду:

1) несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам уголовного дела (ст. 389.16 УПК РФ) – в отношении 16 лиц (11,3 %);

2) существенных нарушений уголовно-процессуального закона (ст.389.17 УПК РФ) – в отношении 28 лиц (19,9 %);

3) несправедливости приговора (ч. 2 ст. 389.15 УПК РФ) – в отношении 31 лица (21,9 %);

4) неправильного применения уголовного закона (ч. 1 ст.389.18УПК РФ) – в отношении 66 лиц (46,9 %).

Из 1256 обжалованных постановлений, вынесенных на стадии судебного производства, в порядке судебного контроля и исполнения судебных решений, оставлено без изменения - 1059 (84,4%), отменено - 177 (14 %), изменено - 20 (1,6 %).

Так, основаниями к отмене и изменению в апелляционном и кассационном порядке приговоров и иных решений явились:

1. Нарушения уголовно-процессуального закона

Как и все процессуальные акты, обвинительное заключение в соответствии с положениями ч. 4 ст. 7 УПК РФ должно соответствовать требованиям, предъявляемым к нему процессуальными нормами.

Приговором Октябрьского районного суда города Белгорода от 07 ноября 2016 года А осужден по ч. 1 ст. 158 УК РФ, ч. 2 ст. 314.1 УК РФ.

Апелляционная инстанция приговор отменила по следующим основаниям.

Уголовно-процессуальный закон требует в случае выявления судом существенных нарушений, исключающих возможность постановления приговора на основе обвинительного заключения, – возвращать уголовное дело прокурору (п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ).

Как видно из материалов уголовного дела, обвинительное заключение в отношении А прокурором города Белгорода или его заместителем не утверждено. В грифе документа, помимо резолюции «Утверждаю», содержатся лишь указания на должность, классный чин, инициалы и фамилию. Подпись полномочного должностного лица отсутствует.

Требования к оформлению обвинительного заключения устанавливают его утверждение должностным лицом, то есть подписью.

Закон исключает возможность вынесения судебного решения в случае, когда обвинительное заключение не утверждено прокурором.

Это положение также следует из разъяснений Верховного Суда РФ, содержащихся в п. 14 Постановления Пленума от 5 марта 2004 года № 1 «О применении судами норм УПК РФ».

Таким образом, обвинительный приговор в отношении А, постановленный на основе незаконного обвинительного заключения, был отменен, уголовное дело возвращению прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом.

В соответствии с п. 2 ст. 389.15, ч. 1 ст. 389.17 УПК РФ основаниями отмены судебного решения являются нарушения уголовно-процессуального закона, которые путем лишения или ограничения гарантированных УПК РФ прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства или иным путем повлияли или могли повлиять на вынесение законного и обоснованного судебного решения

Приговором Грайворонского районного суда Белгородской области от 16 декабря 2015 года, постановленным в особом порядке, Г осужден по ч. 2 ст. 322 УК РФ.

Апелляционная инстанция приговор отменила, указав следующее.

В соответствии со ст. 316 УПК РФ судебное заседание по ходатайству подсудимого о постановлении приговора без проведения судебного разбирательства в связи с согласием с предъявленным обвинением проводится с обязательным участием подсудимого и его защитника.

При этом судья в судебном заседании опрашивает подсудимого, понятно ли ему обвинение, согласен ли он с ним и поддерживает ли свое ходатайство о постановлении приговора без проведения судебного разбирательства, заявлено ли это ходатайство добровольно и после консультации с защитником, осознает ли он последствия постановления приговора без проведения судебного разбирательства.

Из материалов дела следует, что судья при назначении судебного заседания в особом порядке удовлетворила ходатайство обвиняемого Г о рассмотрении уголовного дела без его участия и провела судебное заседание в его отсутствие.

Таким образом, судом грубо нарушены положения действующего законодательства, устанавливающие обязанность проводить судебное заседание по ходатайству о постановлении приговора без проведения судебного разбирательства с обязательным участием подсудимого.

Согласно п. 5 ч. 1 ст. 237 УПК РФ не разъяснение обвиняемому при ознакомлении с материалами дела предусмотренного ч. 5 ст. 217 УПК РФ права ходатайствовать о рассмотрении уголовного дела коллегией из трех судей, является основанием для возвращения судом уголовного дела прокурору в целях устранения препятствий его рассмотрения судом по существу

Приговором Шебекинского районного суда Белгородской области от 01 марта 2016 года Б и В осуждены по п.п. «а,ж,з» ч.2 ст. 105 УК РФ.

При проверке уголовного дела судом апелляционной инстанции установлено, что после ознакомления обвиняемых и их защитников с материалами уголовного дела, следователь из всех предусмотренных ч. 5 ст.217 УПК РФ прав разъяснил Б и В лишь право ходатайствовать о проведении предварительного слушания в случаях, предусмотренных ст. 229 УПК РФ.

Вместе с тем, применительно к конкретному уголовному делу, исходя из квалификации действий обвиняемых, Б и В вправе были заявить ходатайство о рассмотрении уголовного дела коллегией из трех судей федерального суда общей юрисдикции в соответствии с п. 3 ч. 2 ст. 30 УПК РФ.

Следователь обвиняемым такое право не разъяснил (вычеркнув его из общего перечня прав, предусмотренных ч. 5 ст. 217 УПК РФ) и лишил, таким образом Б и В возможности заявить ходатайство о коллегиальном рассмотрении уголовного дела.

Согласно п. 5 ч. 1 ст. 237 УПК РФ не разъяснение обвиняемому при ознакомлении с материалами дела предусмотренного ч. 5 ст. 217 УПК РФ права ходатайствовать о рассмотрении уголовного дела коллегией из трех судей, является основанием для возвращения судом уголовного дела прокурору в целях устранения препятствий его рассмотрения судом по существу.

С учетом изложенного апелляционным судом приговор отменен, уголовное дело направлено прокурору города Белгорода в порядке п. 5 ч. 1 ст. 237 УПК РФ.

Согласно ч. 10 ст. 316 УПК РФ процессуальные издержки, предусмотренные ст. 131 УПК РФ, при постановлении приговора без проведения судебного разбирательства взысканию с подсудимого не подлежат

Приговором Октябрьского районного суда города Белгорода от 14 сентября 2015 года, постановленным в особом порядке, К осужден по ч. 1 ст. 162 УК РФ.

С осужденного в пользу потерпевшей Б взысканы процессуальные издержки в размере 6000 рублей за оказание ей юридической помощи адвокатом С в качестве представителя по делу.

Президиум приговор изменил по следующим основаниям.

Принимая решение о взыскании указанных процессуальных издержек с осужденного, суд не учел, что дело рассмотрено в особом порядке, а согласно ч. 10 ст. 316 УПК РФ процессуальные издержки, предусмотренные ст. 131 УПК РФ, при постановлении приговора без проведения судебного разбирательства взысканию с подсудимого не подлежат.

Как указано в п. 5 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2013 года №42 «О практике применения судами законодательства о процессуальных издержках по уголовным делам» процессуальные издержки возмещаются за счет средств федерального бюджета в случае рассмотрения уголовного дела в особом порядке судебного разбирательства, предусмотренном главой 40 УПК РФ.

Учитывая изложенное, судебные расходы по оплате услуг представителя потерпевшей в размере 6 000 рублей президиумом областного суда постановлено возместить за счет средств федерального бюджета.

2. Несоответствие выводов суда, изложенных в решении, фактическим обстоятельствам дела, установленным судом

В соответствии со ст. 307 УПК РФ, описательно-мотивировочная часть обвинительного приговора должна содержать описание преступного деяния, признанного судом доказанным

Приговором Октябрьского районного суда города Белгорода от 25 октября 2016 года Б осуждена по п. «а» ч. 2 ст. 158 УК РФ.

Апелляционная инстанция приговор отменила, указав следующее.

Из материалов уголовного дела видно, что приговор постановлен в порядке особого судопроизводства в связи с согласием осужденной с предъявленным ей обвинением.

Суд признал Б виновной в хищении 6 августа 2016 года денежных средств потерпевшего в размере 50000 рублей.

Однако, согласно обвинительному заключению Б обвинялась в хищении денежных средств с банковского вклада потерпевшего на сумму 230000 рублей.

Таким образом, суд признавая Б виновной в хищении денежных средств потерпевшего в размере 50000 рублей, существенным образом изменил содержание обвинения.

Учитывая изложенное, приговор был отменен, уголовное дело направлено на новое судебное рассмотрение.

По смыслу ст. 307 УПК РФ в приговоре необходимо мотивировать выводы относительно квалификации преступления по той или иной статье уголовного закона, его части либо пункту

Приговором Белгородского районного суда Белгородской области от 4 февраля 2016 года В осужден по п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ.

Апелляционная инстанция приговор изменила по следующим основаниям.

По смыслу закона, признавая лицо виновным в совершении преступления по признакам, относящимся к оценочным категориям (в рассматриваемом случае - значительный ущерб) суд не должен ограничиваться ссылкой на соответствующий признак, а обязан привести в описательно-мотивировочной части приговора обстоятельства, послужившие основанием для вывода о наличии в содеянном указанного признака.

Из приговора видно, что квалифицируя действия В с признаком - причинение значительного ущерба, суд сослался на размер похищенного имущества (5 875 рублей), а также имущественное положение П, являющегося неработающим пенсионером.

При этом суд не раскрыл компонентов имущественного положения потерпевшего – размера его пенсии, иных доходов, наличия иждивенцев, совокупного дохода членов семьи, с которыми П ведет совместное хозяйство.

В силу этого суждение суда в этой части нельзя признать мотивированным.

Между тем, из материалов уголовного дела следует, что с 2012 года потерпевший по месту регистрации проживает один, он является получателем трудовой пенсии по старости, размер которой составляет 10656,32 рублей.

Таким образом, стоимость похищенного у него имущества едва превысила половину месячного дохода.

В целом же, ни следственными органами, ни судом зримых мер по установлению действительного имущественного положения П не предпринято, значительность причиненного ему ущерба по делу не выяснялась.

При таких обстоятельствах вывод суда о причинении П значительного ущерба вследствие кражи не подтверждается доказательствами, рассмотренными в судебном заседании.

По этой причине апелляционная инстанция переквалифицировала действия В с п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ на ч. 1 ст. 158 УК РФ со смягчением назначенного ему наказания.

В соответствии со ст. 302 УПК РФ обвинительный приговор не может быть основан на предположениях и постановляется лишь при условии, если в ходе судебного разбирательства виновность подсудимого в совершении преступления будет доказана

Приговором мирового судьи судебного участка №5 Белгородского района Белгородской области от 17 июля 2015 года Е осужден по ч. 1 ст. 116 УК РФ.

Апелляционным постановлением Белгородского районного суда Белгородской области от 30 сентября 2015 года приговор оставлен без изменения, Е постановлено от наказания освободить на основании п.9 Постановления Государственной Думы РФ от 24 апреля 2015 года «Об объявлении амнистии в связи с 70-летием Победы в Великой Отечественной войне 1941-1945 годов».

Президиум апелляционное постановление отменил, направив материалы дела на новое апелляционное рассмотрение, по следующим основаниям.

В соответствии со ст. 302 УПК РФ обвинительный приговор не может быть основан на предположениях и постановляется лишь при условии, если в ходе судебного разбирательства виновность подсудимого в совершении преступления будет доказана.

Согласно ч. 3 ст. 246 УПК РФ по уголовным делам частного обвинения обвинение в судебном разбирательстве поддерживает потерпевший, однако, анализ и оценку представленным сторонами доказательствам дает именно суд, отражая это в своем итоговом решении.

Согласно материалам дела, 02 апреля 2015 года, то есть на следующий день после происшествия, врачебной комиссией поликлиники Белгородской ЦРБ А был установлен диагноз «Ушиб мягких тканей передней брюшной стенки».

Из показаний самой потерпевшей А следует, что именно от действий Е у нее на теле образовались телесные повреждения.

В приговоре суд указал, что по делу достоверно установлено, что Е нанес удары А в область живота и причинил ей телесные повреждения.

Из заключения же судебно-медицинской экспертизы следует, что у А каких-либо телесных повреждений соответствующих сроку 1 апреля 2015 года не обнаружено, а диагноз «закрытая травма живота» не подтвержден.

При таких обстоятельствах в деле имеются существенные противоречия, которые могли повлиять на обоснованность выводов суда.

Помимо прочего, из материалов дела следует, что потерпевшей А заявлялся иск о взыскании с Е 250 000 рублей в счет компенсации морального вреда. Мировой судья пришел к выводу об удовлетворении требований А лишь в размере 10000 рублей, между тем, в резолютивной части приговора указал о взыскании с Е в пользу А 12000 рублей в счет компенсации морального вреда.

Судом апелляционной инстанции указанные выше нарушения закона устранены не были. Кроме того, установив основания для применения в отношении осужденного акта амнистии, суд апелляционной инстанции применил данный акт и освободил Е от назначенного наказания, но не принял решения о снятии судимости.

3. Неправильное применение уголовного закона

Приговор изменен ввиду излишней квалификации действий виновного по ч. 2 ст. 272 УК РФ и ч. 3 ст. 272 УК РФ

Приговором Октябрьского районного суда города Белгорода от 07 сентября 2015 года М осужден, в том числе по п.п. «а,в» ч. 2 ст. 158 УК РФ (2 эпизода), п. «в» ч. 3 ст. 158 УК РФ (2 эпизода), п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ, п. «а» ч. 2 ст. 158 УК РФ, ч. 3 ст. 272 УК РФ (5 эпизодов), ч.2 ст. 272 УК РФ.

Президиум приговор изменил по следующим основаниям.

Суд пришел к выводу, что действия осужденного, связанные с хищением денежных средств граждан, хранящихся на их лицевых счетах ОАО «Сбербанк», посредством услуг «Мобильный банк» и «Сбербанк Онлайн», помимо квалификации по ст. 158 УК РФ, следует квалифицировать по ст. 272 УК РФ, поскольку осужденный, по мнению суда, совершил неправомерный доступ к охраняемой законом компьютерной информации, находящейся в сети ЭВМ ОАО «Сбербанка», то есть произвел ее модификацию.

Такие выводы суда не основаны на законе.

Объектом состава преступления, предусмотренного ст. 272 УК РФ являются правоотношения, обеспечивающие безопасность компьютерной информации и нормальной работы ЭВМ или их сети.

Как видно из обвинения, М таких действий не совершал, владелец компьютерной системы (ОАО «Сбербанк») не заявлял о совершенном осужденным преступлении - посягательстве на его систему. ОАО «Сбербанк» потерпевшим по делу не привлекался.

Сведений о том, что М своими действиями нарушил безопасность информации и работу ЭВМ банка в деле не имеется.

В данном случае, изменение первоначальных данных по движению денежных средств по лицевому счету потерпевших влечет их хищение, а не модификацию компьютерной информации, которая сама по себе не претерпела каких-либо изменений.

Действия М по завладению денежными средствами потерпевших при помощи находящихся в его распоряжении сим-карт путем направления смс-сообщений следует считать способом совершения преступлений, предусмотренных соответствующей частью ст. 158 УК РФ.

Учитывая изложенное, из приговора было исключению осуждение М по ч. 3 ст. 272 УК РФ (5 эпизодов) и ч. 2 ст. 272 УК РФ.

В силу требований ст. 297 УПК РФ приговор суда должен быть законным, обоснованным и справедливым. Таковым он признается, если отвечает требованиям уголовно-процессуального закона и основан на правильном применении уголовного закона

Приговором Белгородского районного суда Белгородской области от 15 июля 2015 года Ш осуждена по ч. 1 ст. 111 УК РФ.

Президиум приговор отменил, уголовное дело возвратил прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом по следующим основаниям.

В соответствии с п. 6 ч. 1 ст. 237 УПК РФ судья по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом в случае, если фактические обстоятельства, изложенные в обвинительном заключении, свидетельствуют о наличии оснований для квалификации действий обвиняемого как более тяжкого преступления.

Данные требования закона судом нарушены.

Федеральным законом от 21.07.2014 года № 227-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в связи с совершенствованием законодательства об обороте оружия» ч. 2 ст. 111 УК РФ, предусматривающая уголовную ответственность за умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, дополнена квалифицирующим признаком, изложенным в п. «з»: «с применением оружия или предметов, используемых в качестве оружия». Данный Федеральный закон вступил в силу 02.08.2014 года.

Как следует из обвинительного заключения, 6 марта 2015 года Ш, находясь в состоянии алкогольного опьянения, умышленно причинила Р тяжкий вред здоровью, опасный для жизни человека, применив нож в качестве оружия преступного посягательства.

Описанные в обвинительном заключении противоправные действия Ш содержат признаки более тяжкого состава преступления, однако органами предварительного расследования содеянное ею в нарушение закона квалифицировано по ч. 1 ст. 111 УК РФ как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека.

Вопреки требованиям п. 6 ч. 1 ст. 237 УПК РФ суд данному обстоятельству оценки не дал и, несмотря на наличие препятствий для рассмотрения уголовного дела, постановил в отношении Ш обвинительный приговор, признав ее виновной по ч. 1 ст. 111 УК РФ.

Допущенное судом первой инстанции нарушение уголовно-процессуального закона является существенным, повлиявшим на исход дела, то есть на правильность его разрешения по существу, в частности на юридическую оценку содеянного и назначение наказания Ш, что искажает саму суть правосудия и смысл судебного решения как акта правосудия, и влечет согласно ч. 3 ст. 401.15 УПК РФ отмену приговора, с возвращением уголовного дела прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Размер штрафа может быть ниже минимального предела, установленного санкцией соответствующей статьи Особенной части УК РФ, но не ниже минимального предела, установленного ч. 2 ст. 46 УК РФ (5000 рублей)

Приговором Октябрьского районного суда города Белгорода от 09 сентября 2015 года Д осужден по ч. 1 ст. 166 УК РФ к наказанию в виде штрафа в размере 10000 рублей в доход государства. В соответствии с ч. 5 ст. 72 УК РФ с учетом времени содержания Д под стражей, назначенное наказание смягчено до 3000 рублей.

Президиум, удовлетворяя представление прокурора, указал следующее.

Согласно ч. 2 ст. 46 УК РФ штраф устанавливается в размере от пяти тысяч до пяти миллионов рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период от двух недель до пяти лет.

В соответствии с ч. 5 ст. 72 УК РФ, при назначении осужденному, содержавшемуся под стражей до судебного разбирательства, в качестве основного вида наказания штрафа суд, учитывая срок содержания под стражей, смягчает назначенное наказание или полностью освобождает его от отбывания этого наказания.

В случае смягчения наказания размер штрафа может быть ниже минимального предела, установленного санкцией соответствующей статьи Особенной части УК РФ, но не ниже минимального предела, установленного ч. 2 ст. 46 УК РФ (5000 рублей).

Таким образом, суд допустил неправильное применение уголовного закона, смягчив Д наказание в соответствии с ч. 5 ст. 72 УК РФ до 3000 рублей.

Учитывая изложенное, с учетом времени содержания Д под стражей ему определено наказание в виде штрафа в размере 5000 рублей.

В соответствии с ч. 1 ст. 56 УК РФ наказание в виде лишения свободы может быть назначено осужденному, совершившему впервые преступление небольшой тяжести, только при наличии отягчающих обстоятельств, предусмотренных ст. 63 УК РФ или только если соответствующей статьей Особенной части УК РФ лишение свободы предусмотрено как единственный вид наказания

Приговором Старооскольского городского суда Белгородской области от 25 ноября 2015 года А осужден к лишению свободы по п. «а» ч.3 ст. 158 УК РФ на срок 5 месяцев, по ч. 1 ст. 158 УК РФ на срок 2 месяца, по ч. 1 ст. 158 УК РФ на срок 2 месяца, на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ окончательно на срок 6 месяцев.

Апелляционная инстанция приговор изменила по следующим основаниям.

В соответствии с ч. 1 ст. 56 УК РФ наказание в виде лишения свободы может быть назначено осужденному, совершившему впервые преступление небольшой тяжести, только при наличии отягчающих обстоятельств, предусмотренных ст. 63 УК РФ или только если соответствующей статьей Особенной части УК РФ лишение свободы предусмотрено как единственный вид наказания.

В нарушение указанных требований закона, за совершение А преступлений небольшой тяжести, суд первой инстанции назначил ему наказание в виде лишения свободы, не смотря на то, что А не судим, отягчающих его наказание обстоятельств судом не установлено, санкция ч.1 ст. 158 УК РФ, помимо лишения свободы, предусматривает иные, более мягкие виды наказания.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции приговор изменил и назначил А за совершение преступлений, квалифицированных по ч. 1 ст. 158 УК РФ наказание в виде исправительных работ.

В связи со смягчением наказания по указанным преступлениям, назначенное по правилам ч. 3 ст. 69 УК РФ наказание также смягчено. Сложение наказаний произведено с учетом требований ст. 71 УК РФ.

Согласно ч. 7 ст. 316 УПК РФ если судья придет к выводу, что обвинение, с которым согласился подсудимый, обоснованно, подтверждается доказательствами, собранными по уголовному делу, то он постановляет обвинительный приговор и назначает подсудимому наказание, которое не может превышать две трети максимального срока или размера наиболее строгого вида наказания, предусмотренного за совершенное преступление

Приговором Старооскольского городского суда Белгородской области от 07 июля 2016 года, постановленным в особом порядке, К осужден, в том числе по ч. 1 ст. 158 УК РФ к лишению свободы на срок 1 год 6 месяцев.

Апелляционная инстанция с указанным размером наказания по данному эпизоду преступления не согласилась по следующим основаниям.

Согласно ч. 7 ст. 316 УПК РФ если судья придет к выводу, что обвинение, с которым согласился подсудимый, обоснованно, подтверждается доказательствами, собранными по уголовному делу, то он постановляет обвинительный приговор и назначает подсудимому наказание, которое не может превышать две трети максимального срока или размера наиболее строгого вида наказания, предусмотренного за совершенное преступление.

Принимая во внимание общие правила назначения наказания, с учетом применения положений ч. 7 ст. 316 УК РФ, максимальное наказание, назначенное К по ч. 1 ст. 158 УК РФ, не могло превышать 1 года 4 месяцев лишения свободы.

Между тем, назначенное К за указанное преступление наказание превысило установленные пределы.

В соответствии с ч. 3 ст. 47 УК РФ лишение права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью может назначаться в качестве дополнительного вида наказания и в случаях, когда оно не предусмотрено соответствующей статьей Особенной части УК РФ в качестве наказания за соответствующее преступление, если с учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления и личности виновного суд признает невозможным сохранение за ним права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью

Приговором Белгородского районного суда Белгородской области от 06 мая 2015 года Ф осуждена по ч. 1 ст. 264 УК РФ к ограничению свободы сроком на 1 год 6 месяцев с лишением права управления транспортным средством сроком на 2 года.

Президиум приговор изменил по следующим основаниям.

В соответствии с ч. 3 ст. 47 УК РФ лишение права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью может назначаться в качестве дополнительного вида наказания и в случаях, когда оно не предусмотрено соответствующей статьей Особенной части УК РФ в качестве наказания за соответствующее преступление, если с учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления и личности виновного суд признает невозможным сохранение за ним права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью.

Санкция ч. 1 ст. 264 УК РФ в редакции, действовавшей на момент совершения Ф преступления, предусматривала назначение дополнительного наказания в виде лишения права управлять транспортным средством лишь наряду с основным наказанием в виде принудительных работ или лишения свободы. Назначение такого дополнительного наказания наряду с основным наказанием в виде ограничения свободы санкцией указанной статьи не предусмотрено.

Между тем, суд, признав Ф виновной в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264 УК РФ, и назначив ей в качестве основного вида наказания ограничение свободы, в то же время, без ссылки на ч. 3 ст. 47 УК РФ и должной мотивировки, назначил дополнительное наказание в виде лишения права управлять транспортным средством.

Президиум указанное нарушение устранил, исключив из описательно-мотивировочной и резолютивной части приговора указание о назначении Ф указанного дополнительного вида наказания.

Согласно ч. 2 ст. 68 УК РФ срок наказания при любом виде рецидива преступлений не может быть менее одной третьей части максимального срока наиболее строгого вида наказания, предусмотренного за совершенное преступление

Приговором Октябрьского районного суда г. Белгорода от 22 января 2016 года Е осужден по п.п. «б, в» ч. 2 ст. 158 УК РФ к лишению свободы на срок 1 год 3 месяца в ИК строгого режима.

Суд апелляционной инстанции приговор суда изменил по следующим основаниям.

В нарушение требований ч. 2 ст. 68 УК РФ и положений п. 49 Постановления Пленума Верховного суда РФ от 22 декабря 2015 года №58, суд назначил Е наказание менее одной третьей части максимального срока наиболее строгого вида наказания, предусмотренного санкцией статьи, по которой он осужден.

В конкретном случае минимальным размером наказания для осужденного является 1 год 8 месяцев лишения свободы (1/3 от 5 лет).

Учитывая изложенное, назначенное Е наказание в виде лишения свободы увеличено до 1 года 9 месяцев.

Если все преступления, совершенные по совокупности, являются преступлениями небольшой или средней тяжести, либо приготовлением к тяжкому или особо тяжкому преступлению, либо покушением на тяжкое или особо тяжкое преступление, окончательное наказание назначается по правилам ч. 2 ст. 69 УК РФ

Приговором Белгородского районного суда Белгородской области от 28 сентября 2015 года К осуждена по ч. 3 ст. 30 УК РФ - ч. 1 ст. 228.1 УК РФ и ч. 1 ст. 30 УК РФ - п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ.

Окончательное наказание осужденной по совокупности преступлений назначено с применением ч. 3 ст. 69 УК РФ.

Президиум приговор изменил по следующим основаниям.

К совершила покушение на тяжкое преступление и приготовление к особо тяжкому преступлению.

Таким образом, суд при назначении ей наказания по совокупности преступлений должен был руководствоваться правилами ч. 2 ст. 69 УК РФ, согласно которым если все преступления, совершенные по совокупности, являются преступлениями небольшой или средней тяжести, либо приготовлением к тяжкому или особо тяжкому преступлению, либо покушением на тяжкое или особо тяжкое преступление, окончательное наказание назначается путем поглощения менее строгого наказания более строгим либо путем частичного или полного сложения назначенных наказаний.

В соответствии с ч. 3 ст. 88 УК РФ обязательные работы несовершеннолетним назначаются на срок от сорока до ста шестидесяти часов

Приговором Губкинского городского суда Белгородской области от 30 сентября 2016 года Б осужден по п. «а» ч. 2 ст. 158 УК РФ (5 эпизодов), с применением ч. 2 ст. 69 УК РФ к обязательным работам на срок 240 часов.

Апелляционная инстанция приговор изменила по следующим основаниям.

В соответствии с ч. 3 ст. 88 УК РФ обязательные работы несовершеннолетним назначаются на срок от сорока до ста шестидесяти часов.

Из приговора видно, что Б совершил преступления в несовершеннолетнем возрасте, в связи с чем ему не могло быть назначено наказание в виде обязательных работ свыше 160 часов.

Учитывая изложенное, апелляционная инстанция приговор изменила, снизив срок назначенного Б с применением ч. 2 ст. 69 УК РФ наказания до 140 часов обязательных работ.

В соответствии с п. «г» ч. 1 ст. 61 УК РФ к обстоятельствам, смягчающим наказание, относится наличие малолетних детей у виновного

Приговором Алексеевского районного суда Белгородской области от 24 марта 2016 года Г осужден по п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ.

Президиум, изменяя приговор указал следующее.

В соответствии с п. «г» ч. 1 ст. 61 УК РФ к обстоятельствам, смягчающим наказание, относится наличие малолетних детей у виновного.

Из материалов дела следует, что Г проживает с супругой и двумя малолетними детьми.

В обвинительном заключении имеется указание на смягчающее Г обстоятельство – наличие малолетнего ребенка.

При рассмотрении уголовного дела подсудимый заявлял о наличии у него на иждивении двоих малолетних детей и это обстоятельство защитник просил учесть как смягчающее.

Во вводной и описательно-мотивировочной части приговора суд также указал, что Г проживает с супругой и двумя малолетними детьми и признал, что они находятся на его иждивении.

Однако, вопреки вышеуказанным сведениям, при назначении наказания подсудимому суд не учел это обстоятельство, как смягчающее.

Сообщение лица, о совершении им преступления следует признавать явкой с повинной и учитывать при назначении наказания за это преступление

Приговором Яковлевского районного суда Белгородской области от 30 сентября 2016 года В осуждена по ч. 4 ст. 111 УК РФ.

Апелляционная инстанция приговор изменила по следующим основаниям.

Согласно п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ обстоятельством, смягчающим наказание, признается явка с повинной.

Из материалов уголовного дела усматривается, что на следующий день после смерти потерпевшего, В добровольно обратилась в органы полиции с явкой с повинной, в которой прямо указала на обстоятельства совершенного ею в отношении потерпевшего преступления.

Данный протокол явки с повинной В был положен судом первой инстанции как доказательство в основу приговора, однако дальнейшего суждения суда о признании, либо непризнании явки с повинной обстоятельством, смягчающим наказание осужденной в судебном решении не содержится, что не соответствует требованиям уголовного закона.

Учитывая изложенное, суд апелляционной инстанции признал обстоятельством, смягчающим наказание В – явку с повинной о совершенном преступлении, и смягчил назначенное ей как за указанное преступление, так и по совокупности приговоров наказание.

Необоснованный учет ряда обстоятельств в качестве смягчающих наказание осужденного, повлек изменение приговора суда

Приговором Алексеевского районного суда Белгородской области от 08 августа 2016 года К осужден по п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ.

Апелляционная инстанция приговор изменила по следующим основаниям.

В соответствии с положениями Постановления Пленума ВС РФ от 22 декабря 2015 года N 58 «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания», под явкой с повинной, которая в силу п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ является обстоятельством, смягчающим наказание, следует понимать добровольное сообщение лица о совершенном им или с его участием преступлении, сделанное в письменном или устном виде.

Не может признаваться добровольным заявление о преступлении, сделанное лицом в связи с его задержанием по подозрению в совершении этого преступления. Признание лицом своей вины в совершении преступления в таких случаях может быть учтено судом в качестве иного смягчающего обстоятельства в порядке ч. 2 ст. 61 УК РФ.

Активное способствование раскрытию и расследованию преступления следует учитывать в качестве смягчающего наказание обстоятельства, предусмотренного п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ, если лицо о совершенном с его участием преступлении либо о своей роли в преступлении представило органам дознания или следствия информацию, имеющую значение для раскрытия и расследования преступления (например, указало лиц, участвовавших в совершении преступления, сообщило их данные и место нахождения, сведения, подтверждающие их участие в совершении преступления, а также указало лиц, которые могут дать свидетельские показания, которые приобрели похищенное имущество; указало место сокрытия похищенного, место нахождения орудий преступления, иных предметов и документов, которые могут служить средствами обнаружения преступления и установления обстоятельств уголовного дела).

Из материалов дела следует, что потерпевший и очевидцы указали на К как на лицо, совершившее преступление, после чего осужденный был задержан сотрудниками полиции по месту своего жительства.

При этом К скрыл в мусорном баке орудие преступления - нож, который был обнаружен в ходе осмотра места происшествия служебной собакой.

Указанное свидетельствует о том, что суд первой инстанции необоснованно признал смягчающими наказание обстоятельствами явку с повинной, а также активное способствование осужденного раскрытию и расследованию преступления.

При опасном рецидиве преступлений отбывание наказания в виде лишения свободы подлежит отбыванию в исправительной колонии строгого режима

Приговором Белгородского районного суда Белгородской области от 1 февраля 2016 года К осужден по п. «а» ч. 2 ст. 158 УК РФ, п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ, ч. 2 ст. 167 УК РФ, ч. 3 ст. 30 – п. «а» ч. 2 ст. 158 УК РФ, с применением ч. 3 ст. 69 УК РФ к лишению свободы на срок 2 года 6 месяцев, с отбыванием наказания в исправительной колонии особого режима.

Апелляционной инстанцией приговор изменен ввиду того, что судом неверно определен вид исправительного учреждения, в котором К надлежит отбывать наказание. Как видно из материалов дела, окончательное наказание по приговорам от 13 августа 2009 года и от 03 сентября 2009 года назначалось по правилам ч. 5 ст. 69 УК РФ (то есть, по совокупности преступлений), поэтому при определении вида рецидива учитываются как одна судимость. Исходя из этого, у К имеется опасный рецидив преступлений, и отбывание наказание ему должно быть назначено в исправительной колонии строгого режима.

Неправильное определение осужденному вида исправительного учреждения, повлекло изменение приговора суда в этой части

Приговором Октябрьского районного суда города Белгорода от 1 марта 2016 года М осужден по п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ, на основании ст. 70 УК РФ к лишению свободы на срок 2 года 1 месяц 13 суток в ИК строгого режима.

Апелляционная инстанции приговор изменила по следующим основаниям.

Как следует из приговора, суд установил наличие отягчающего наказание обстоятельства – рецидива преступлений и пришел к выводу об определении М вида исправительного учреждения для отбывания наказания в соответствии с п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ, то есть в исправительной колонии строгого режима.

Вместе с тем, согласно п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ отбывание наказания в исправительной колонии строгого режима назначается мужчинам при рецидиве преступлений, если ранее они отбывали наказание в виде лишения свободы.

Как видно из материалов дела, М ранее в местах лишения свободы наказание не отбывал. Ему постановлением суда было заменено наказание в виде обязательных работ на лишение свободы, однако к месту отбытия наказания М не прибыл ввиду совершения в этот день другого преступления, в связи с чем был задержан и ему избрана мера пресечения в виде заключения под стражу.

Таким образом, М считается лицом, ранее не отбывавшим наказание в местах лишения свободы, поэтому ему следовало назначить отбывание наказания в исправительной колонии общего режима.

В этой части приговор суда апелляционным определением изменен. М назначено отбывание наказания в колонии общего режима.

Сам факт нахождения виновного в момент совершения преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, не может безусловно признаваться обстоятельством, отягчающим наказание

Приговором Свердловского районного суда города Белгорода от 21 октября 2014 года А осужден по ч. 1 ст. 105 УК РФ, ч. 1 ст. 111 УК РФ, ч. 1 ст. 161 УК РФ.

Президиум приговор изменил, указав следующее.

В соответствии требованиями ч. 1.1 ст. 63 УК РФ и ст. 307 УПК РФ выводы суда о признании совершения преступления в состоянии опьянения в качестве обстоятельства, отягчающего наказание, должны быть мотивированы в приговоре.

Из приговора следует, что при назначении А наказания отягчающим обстоятельством суд признал совершение им преступлений в состоянии алкогольного опьянения.

При этом в приговоре это решение не мотивировано, не приведено обстоятельств, свидетельствующих о влиянии состояния опьянения на поведение осужденного при совершении преступлений.

Таким образом, признав указанные нарушения уголовного и уголовно-процессуального законов существенными, президиум исключил из приговора указание о признании обстоятельством, отягчающим наказание А, совершение им преступлений в состоянии алкогольного опьянения со смягчением назначенного ему наказания.

4. Несправедливость приговора.

Приговор суда изменен ввиду его несправедливости вследствие чрезмерной суровости назначенного наказания.

Приговором Октябрьского районного суда города Белгорода от 19 ноября 2015 года Х осужден по ч. 3 ст. 264 УК РФ к лишению свободы на 3 года 4 месяца в колонии-поселении, с лишением права управления транспортными средствами на 2 года.

Апелляционная инстанция приговор изменила, указав следующее.

При назначении Х наказания суд, признав в качестве смягчающего наказания обстоятельства, предусмотренную п. «и» ч. 1 ст.61 УК РФ явку с повинной, правильно применил положения ч. 1 ст. 62 УК РФ, между тем мера наказания осужденному назначена чрезмерно суровая, вопреки требованиям закона.

Так, максимальное наказание, предусмотренное санкцией ч. 3 ст. 264 УК РФ, является лишение свободы сроком до 5 лет.

С учетом положений ч. 1 ст. 62 УК РФ, назначенное Х по ч.3 ст. 264 УК РФ наказание не могло превышать 3 лет 4 месяцев лишения свободы.

Вместе с тем, определяя Х указанный максимальный срок наказания, суд фактически оставил без внимания еще одно имеющееся у осужденного смягчающее наказание обстоятельство – добровольное возмещение имущественного ущерба потерпевшему.

Также в соответствии со ст. 61 УК РФ в качестве обстоятельств, смягчающих наказание, суду следовало учесть и наличие у Х ряда хронических заболеваний и нахождение на его иждивении престарелых родителей.

Совокупность вышеуказанных обстоятельств и установленные судом положительные данные о личности Х позволили суду апелляционной инстанции сделать вывод, что по делу не имелось оснований для определения осужденному по ч. 3 ст. 264 УК РФ максимального срока наказания в виде лишения свободы.

Приговор суда изменен ввиду его несправедливости вследствие чрезмерной мягкости назначенного наказания.

Приговором Октябрьского районного суда города Белгорода от 20 сентября 2016 года Л, Н, С, Д, Б, П, Ч, Ю и В осуждены за ряд преступлений связанных с незаконным оборотом наркотических средств, совершенных организованной группой.

Наказание Л, Н, С, Д, назначено с применением ст. 64 УК РФ в виде лишения свободы на сроки: 4 года, 3 года 10 месяцев, 3 года 9 месяцев, 2 года 6 месяцев соответственно; Б, П, Ч, Ю и В с применением ст. 64 УК РФ в виде исправительных работ, на сроки: 2 года, 1 год 9 месяцев, 1 год 6 месяцев, 1 год 6 месяцев, 1 год 9 месяцев соответственно.

Апелляционная инстанция приговор изменила по следующим основаниям.

Согласно ч. 2 ст. 389.18 УПК РФ несправедливым является приговор, по которому было назначено наказание, не соответствующее тяжести преступления, личности осужденного, которое по своему виду или размеру является несправедливым как вследствие чрезмерной мягкости, так и вследствие чрезмерной суровости.

Назначая осужденным Б, П, Ч, Ю и В наказание, суд первой инстанции указал в приговоре, что находит возможным исправление осужденных без отбывания наказания в виде лишения свободы.

Суд апелляционной инстанции не согласился с данными выводами, поскольку судом первой инстанции не в полной мере учтены характер и степень общественной опасности совершенных осужденными особо тяжких преступлений, фактические обстоятельства дела, повышенная общественная опасность содеянного: преступления совершены организованной группой, где присутствовало четкое распределение ролей; с привлечением большого количества распространителей наркотических средств. Деятельность этой преступной группы носила устойчивый характер, предполагала ее длительное существование, конспирацию. Решение суда о наличии оснований для назначения более мягкого наказания, чем предусмотрено санкциями статей, по которым осужденные признаны виновными, не основано на исследованных в судебном заседании документах. Достаточных доказательств, свидетельствующих об уменьшении степени общественной опасности содеянного каждым из осужденных, в приговоре судом не приведено. Убедительных обоснований вывода о возможности исправления Б, П, Ч, Ю и В без изоляции от общества не изложено.

К аналогичному выводу апелляционный суд пришел и относительно размера назначенного Л, Н, С, Д, наказания.

Вопреки требованиям ст. 60 УК РФ, суд назначил наказание фактически без учета характера и степени общественной опасности содеянного, обстоятельств дела, а лишь формально сославшись на эти обстоятельства в приговоре.

С учетом изложенного, приговор суда был изменен, всем осужденным определено наказание в виде лишения свободы и усилен размер назначенного наказания.

5. Обжалование действий (бездействий) и решений должностных лиц, осуществляющих уголовное судопроизводство в порядке ст. 125 УПК РФ.

Жалоба в порядке ст. 125 УПК РФ может быть возвращена заявителю лишь при отсутствии в ней предмета обжалования или необходимых сведений, что препятствует ее рассмотрению по существу

Постановлением Октябрьского районного суда городаБелгорода от 27 октября 2016 года жалоба Б в порядке ст. 125 УПК РФ на бездействие начальника СУ УМВД России по городу Белгороду возвращена заявителю для устранения недостатков.

Возвращая жалобу Б без рассмотрения, суд сослался на отсутствие в ней сведений о нарушении каких-либо конституционных прав заявителя, а также формы проявления бездействия должностного лица.

Апелляционная инстанция постановление отменила, указав, что в поданной в порядке ст. 125 УПК РФ жалобе заявителя и приложенных к ней документах содержались сведения о лице, в отношении которого Б просил следственный орган провести проверку в соответствии со ст.ст. 144-145 УПК РФ; указывался конкретный номер материала проверки и место его нахождения; названо конкретное должностное лицо, бездействие которого обжалует заявитель, с приведением доводов, по которым такое бездействие заявитель считает незаконным.

Кроме того, в жалобе имелось суждение Б о том, что непринятие руководителем следственного органа решения, предусмотренного ст.145 УПК РФ, нарушает его права, законные интересы и препятствует доступу к правосудию на протяжении восьми лет.

С учетом изложенного, вывод судьи об отсутствии в жалобе Б сведений, достаточных для рассмотрения жалобы по существу, суд апелляционной инстанции признал необоснованным, постановление отменил, а материал направил на новое разбирательство со стадии подготовки к судебному заседанию.

Заявитель должен своевременно быть извещен о дате, времени и месте рассмотрения его жалобы в порядке ст. 125 УПК РФ

Постановлением Старооскольского городского суда Белгородской области от 26 сентября 2016 года оставлена без удовлетворения жалоба П о признании незаконными действий и бездействия руководителя СО по городу Старый Оскол СУ СК РФ по Белгородской области.

Апелляционная инстанция постановление отменила, указав следующее.

По смыслу закона, заявитель должен своевременно быть извещен о дате, времени и месте рассмотрения его жалобы.

Однако по настоящему делу судом указанные требования уголовно-процессуального закона выполнены не были.

Из представленных материалов видно, что постановление от 02.09.2016 года о назначении судебного заседания по рассмотрению жалобы П на 06.09.2016 года было направлено в ИК-29 ФКУ ОИК-5 УФСИН России по Кировской области, где заявитель отбывает наказание, – в день судебного заседания.

О принятии решения об отложении рассмотрения дела на 26.09.2016 года (дата вынесения окончательного решения), П стало известно 27.09.2016 года.

Таким образом, П не был своевременно извещен о дате, времени и месте рассмотрения его жалобы, поданной в порядке ст. 125 УПК РФ, постановление было отменено, материал направлен на новое судебное рассмотрение.

Постановление суда отменено ввиду отсутствия оснований для отказа в принятии поданной в порядке ст. 125 УПК РФ жалобы заявителя

Постановлением Свердловского районного суда города Белгорода от 29 июля 2016 года отказано в принятии жалобы Р в порядке ст. 125 УПК РФ, в которой он ставил вопрос о бездействии должностных лиц СО по г. Белгороду СУ СК РФ по Белгородской области, выразившемся в не направлении ему процессуального решения по факту попытки суицида в ФКУ СИЗО-3 УФСИН России по Белгородской области.

Апелляционная инстанция постановление отменила, указав следующее.

Отказывая в принятии к рассмотрению жалобы Р, суд сослался на отсутствие предмета обжалования, при неимении информации о поступлении в следственный отдел такого сообщения Р и проведении по нему проверки.

Вместе с тем, согласно информации, содержащейся в ответах направленных Р из прокуратуры Белгородской области и УФСИН России по Белгородской области, сообщение о преступлении, имеющем признаки ст. 110 УК РФ было зарегистрировано в книге регистрации сообщений о преступлениях в ФКУ СИЗО-3 и впоследствии начальником указанного учреждения передано в СО по городу Белгороду СУ СК РФ по Белгородской области для принятия по нему решения.

Таким образом, выводы районного суда об отсутствии предмета судебного контроля в порядке ст. 125 УПК РФ являлись необоснованными, так как имелись основания считать, что сообщение о преступлении Р все же не было в установленном ст.ст. 144, 145 УПК РФ порядке зарегистрировано и проверено.

В соответствии со ст. 61 УПК РФ судья не может участвовать в производстве по делу, если имеются обстоятельства, дающие основания полагать, что он прямо либо косвенно заинтересован в исходе дела

Постановлением Свердловского районного суда города Белгорода от 26 апреля 2016 года Е отказано в удовлетворении жалобы, поданной в порядке ст. 125 УПК РФ, о признании незаконным постановления следователя об отказе в возбуждении уголовного дела.

Апелляционная инстанция постановление отменила, направив материал на новое рассмотрение в районный суд, по следующим основаниям.

Из представленных Е процессуальных документов видно, что постановление следователя об отказе в возбуждении уголовного дела от 23 сентября 2013 года, Е ранее обжаловал в порядке ст. 124 УПК РФ руководителю следственного органа, решением которого жалоба оставлена без удовлетворения.

Принятое решение руководителя следственного органа Е обжаловал в Свердловский районный суд города Белгорода в порядке ст. 125 УПК РФ, постановлением судьи В от 03 июня 2014 года в ее удовлетворении отказано.

11 апреля 2016 года Е обжаловал в порядке ст. 125 УПК РФ непосредственно постановление следователя от 23 сентября 2013 года и указанную жалобу вновь рассматривала судья В, несмотря на то, что предмет обжалования был один (постановление об отказе в возбуждении уголовного дела).

При изложенных обстоятельствах судья В обязана была в силу положений ст.61 УПК РФ устраниться от рассмотрения жалобы Е от 11.04.2016 года.

6. Вопросовы связанные с исполнением приговора.

По смыслу ст. 10 УК РФ обратную силу имеет уголовный закон, устраняющий преступность деяния, смягчающий наказание или иным образом улучшающий положение лица, совершившего преступление

Постановлением Свердловского районного суда города Белгорода от 14 июня 2016 года отказано в удовлетворении ходатайства осужденного С о приведении приговора в соответствие с действующим законодательством.

Апелляционная инстанция с указанным решением не согласилась по следующим основаниям.

Оставляя ходатайство С без удовлетворения, суд указал, что каких-либо изменений в ч. 2 ст. 158 УК РФ, по которой он был осужден к исправительным работам на срок 1 год и 2 месяца, внесено не было.

Вместе с тем, Федеральным законом от 07.03.2011 года № 26-ФЗ из ч. 2 ст. 158 УК РФ был исключен нижний предел санкции статьи в виде исправительных работ.

Следовательно, суд не учел положения ч. 2 ст. 10 УК РФ и необоснованно не применил новый закон, улучшающий положение осужденного в части смягчения назначенного наказания.

Постановлением Валуйского районного суда Белгородской области от 19 марта 2012 года отказано в удовлетворении ходатайства С о приведении приговора в соответствие с Федеральным законом от 29 июня 2009 года № 141-ФЗ.

Президиум постановление отменил, материалы дела направил на новое судебное рассмотрение по следующим основаниям.

Отказывая в удовлетворении ходатайства осужденного в части смягчения наказания суд мотивировал решение тем, что внесенные Федеральным законом от 29 июня 2009 года № 141-ФЗ в ч. 1 ст. 62 УК РФ изменения не улучшают положение осужденного, так как назначенное ему по ч. 1 ст. 222 и ч. 4 ст. 226 УК РФ наказание не превышает двух третей максимальных сроков, предусмотренных санкциями данных статей.

Вместе с тем, такой вывод суда не является бесспорным, поскольку наказание С назначалось исходя из того, что максимальный срок наказания по ч. 1 ст. 222 УК РФ с учетом требований ч. 1 ст. 62 УК РФ на тот период составлял 3 года лишения свободы (3/4 от 4 лет), по ч. 4 ст. 226 УК РФ – 11 лет 3 месяца (3/4 от 15 лет). Однако данные обстоятельства судом во внимание не были приняты.

Постановлением Свердловского районного суда города Белгорода от 10 ноября 2016 года П отказано в удовлетворении ходатайства о приведении приговора в соответствие с Федеральным законом от 07 декабря 2011 года №420-ФЗ.

Президиум с указанным решением суда не согласился.

Отказывая в приведении приговора в отношении П в соответствие с Федеральным законом от 07 декабря 2011 года №420-ФЗ, суд указал лишь, что положение осужденного им не улучшается.

Однако, в соответствии с ч. 1 ст. 56 УК РФ (в ред. ФЗ от 07 декабря 2011 года №420-ФЗ) наказание в виде лишения свободы может быть назначено осужденному, совершившему впервые преступление небольшой тяжести, только при наличии отягчающих обстоятельств, предусмотренных ст. 63 УК РФ.

Как следует из приговора П осужден, в том числе и за преступление небольшой тяжести (ч. 1 ст. 119 УК), ранее не судим, обстоятельств, отягчающих наказание не установлено.

Вместе с тем, за это преступление ему назначено наказание в виде лишения свободы, хотя санкция ч. 1 ст. 119 УК РФ предусматривает, кроме лишения свободы, другое более мягкое наказание.

Таким образом, суд при рассмотрении ходатайства не выполнил требования ч. 1 ст. 10 УК РФ и по этим основаниям постановление суда первой инстанции было отменено.

В соответствии с ч. 2 ст. 399 УПК РФ лица, которые могут участвовать в судебном заседании при рассмотрении ходатайств, поданных в порядке ст. 397 УПК РФ, должны быть извещены о дате, времени и месте судебного заседания не позднее 14 суток до дня судебного заседания

Постановлением Свердловского районного суда города Белгорода от 06 мая 2016 года отказано в удовлетворении ходатайства П об условно-досрочном освобождении от отбывания наказания.

Апелляционная инстанция постановление отменила по следующим основаниям.

В соответствии с ч. 2 ст. 399 УПК РФ лица, которые могут участвовать в судебном заседании при рассмотрении ходатайств, поданных в порядке исполнения приговора, должны быть извещены о дате, времени и месте судебного заседания не позднее 14 суток до дня судебного заседания.

Как следует из материалов дела, ходатайство П об условно-досрочном освобождении поступило в суд 30 марта 2016 года, постановление о назначении судебного заседания на 6 мая 2016 года вынесено 18 апреля 2016года, которое было направлено участникам процесса с сопроводительным письмом на следующий день. Согласно расписки копия постановления о назначении судебного заседания вручена осужденному 24 апреля 2016 года, то есть менее чем за 14 суток.

Согласно протоколу судебного заседания вопрос о надлежащем извещении осужденного в судебном заседании не разрешался, не выяснялся также вопрос о подготовленности П к судебному заседанию.

Таким образом, судом первой инстанции не соблюден установленный ч. 2 ст. 399 УПК РФ порядок разрешения вопросов, связанных с исполнением приговора и было нарушено право П на защиту.

При разрешении ходатайства об условно-досрочном освобождении лица, являющегося гражданином иностранного государства, судом наряду с другими сведениями подлежат также оценке и данные, свидетельствующие о наличии достигнутого соглашения о передаче такого осужденного на условиях, предусмотренных международным договором РФ для осуществления контроля за его поведением в период условно-досрочного освобождения на территории иностранного государства

Постановлением Алексеевского районного суда Белгородской области от 09 февраля 2016 года удовлетворено ходатайство осужденного Д об условно-досрочном освобождении от отбывания наказания.

Апелляционная инстанция постановление отменила с направлением материалов дела на новое рассмотрение по следующим основаниям.

Согласно материалам дела осужденный Д является гражданином иностранного государства - Украина, на территории Российской Федерации места жительства и регистрации не имеет.

Пунктом 11 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21апреля 2009 №8 «О судебной практике условно-досрочного освобождения от отбывания наказания, замены отбытой части наказания более мягким видом наказания» предписывается, что при рассмотрении судом ходатайства об условно-досрочном освобождении от отбывания наказания в отношении иностранного гражданина, не имеющего постоянного места жительства на территории РФ, наряду с другими сведениями, характеризующими осужденного, подлежат также оценке данные, свидетельствующие о наличии либо отсутствии со стороны осужденного или иностранного государства гарантий исполнения приговора в части гражданского иска, достигнутого соглашения о передаче осужденного на условиях, предусмотренных международным договором РФ для осуществления контроля за поведением осужденного и возможности возложения на него дополнительных обязанностей, подлежащих исполнению в период условно-досрочного освобождения на территории иностранного государства.

Вместе с тем, этот вопрос в постановлении отражения не нашел, хотя является обязательным условием условно-досрочного освобождения иностранного гражданина.

7. Ошибки, допускаемые судами при рассмотрении ходатайств об избрании и продлении меры пресечения.

В соответствии с ч. 4 ст. 7 УПК РФ постановление суда должно быть законным, обоснованным и мотивированным

Постановлением Новооскольского районного суда Белгородской области от 15 июля 2016 года оставлено без удовлетворения ходатайство следователя об избрании М (обвиняемому по ч. 1 ст. 228.1 УК РФ, п. «б» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ) меры пресечения в виде заключения под стражу.

Апелляционная инстанция с принятым решением не согласилась, указав следующее.

Отказывая в удовлетворении ходатайства следователя, судья мотивировал свое решение отсутствием достаточных сведений, указывающих на причастность М к инкриминируемым ему преступлениям, а также данных о намерении продолжить заниматься преступной деятельностью.

Вместе с тем, по сведениям ИЦ УМВД России по Белгородской области с 2003 года М девять раз привлекался к уголовной ответственности, четыре раза отбывал наказания в виде лишения свободы, имеет непогашенную и неснятую в установленном законом порядке судимость.

Согласно предъявленному обвинению, с которым М согласился, незаконные сбыты наркотических средств им совершены 28 и 30 июня 2016 года.

Из показаний самого обвиняемого следует, что после освобождения из мест лишения свободы он не трудоустроился, фактически находится на иждивении сожительницы и ее матери. Признал употребление алкоголя и марихуаны.

30 июня 2016 года, в день сбыта растений конопли, М также был подвергнут наказанию по статье 20.1 КоАП РФ в виде административного ареста на 14 суток.

Таким образом, анализ приведенных обстоятельств свидетельствует о том, что опасения следователя, касающиеся возможности рецидива преступлений со стороны обвиняемого, не были надуманными.

Учитывая изложенное, признанное несоответствующим требованиям ч. 4 ст. 7 УПК РФ постановление было отменено, материалы дела направлены на новое судебное рассмотрение.

В соответствии с ч. 4 ст. 7 УПК РФ постановление судьи должно быть законным, обоснованным и мотивированным, что подразумевает соответствие принятого решения требованиям закона, его подтверждение исследованными в судебном заседании доказательствами и необходимостью мотивирования каждого вывода суда

Постановлением Октябрьского районного суда городаБелгорода 24 июня 2016 года М избрана мера пресечения в виде заключения под стражу сроком на 2 месяца.

Апелляционная инстанция с принятым решением не согласилась, указав следующее.

При рассмотрении ходатайства в порядке ст. 108 УПК РФ, суду необходимо дать оценку обоснованности подозрения лица в совершении инкриминируемого ему преступления и такая оценка не должна быть формальной.

Рассматривая вопрос об избрании М меры пресечения, суд указал, что в судебном заседании представлены достаточные данные об обоснованности выдвинутого против него обвинения, однако анализа указанных доказательств не привел, их содержание не раскрыл.

Статья 97 УПК РФ содержит перечень оснований для избрания меры пресечения. При этом судом должны быть исследованы и положены в основу решения такие фактические обстоятельства, которые свидетельствуют о реальной возможности совершения обвиняемым действий, указанных в ст. 97 УПК РФ.

Делая вывод, что М может продолжить заниматься преступной деятельностью, скрыться от органов следствия и суда, а также угрожать потерпевшим и иным образом воспрепятствовать производству по делу, суд сослался лишь на характер и обстоятельства инкриминируемого обвиняемому преступления, вместе с тем каких-либо сведений, касающихся личности и поведения М, иных обстоятельств, подтверждающих реальное намерение последнего совершить одно или несколько действий, перечисленных в ст. 97 УПК РФ и являющихся непременными основаниями к избранию меры пресечения, в решении не приведено.

Согласно ст. 108 УПК РФ заключение под стражу применяется в случае, если невозможно избрание иной, более мягкой меры пресечения.

В своем постановлении суд, указав, что у М и членов его семьи недостаточно денежных средств для внесения залога, невозможность применения иной меры пресечения не обосновал.

Положения ст. 99 УПК РФ также оставлены без внимания, о чем свидетельствует фактическое игнорирование представленных стороной защиты сведений о личности обвиняемого, его семейном положении и роде занятий.

С учетом изложенного, апелляционная инстанция признала допущенные судом первой инстанции нарушения уголовно-процессуального закона существенными, влекущими в соответствии со ст. 389.17 УПК РФ отмену судебного решения с направлением материала на новое рассмотрение.

По смыслу уголовно-процессуального закона в судебном решении не должно содержаться противоречивых выводов, искажающих суть принятого решения

Постановлением Яковлевского районного суда Белгородской области от 29 февраля 2016 года Я, обвиняемому по ч. 2 ст. 264 УК РФ изменена мера пресечения с подписки о невыезде и надлежащем поведении на заключение под стражу по тем основаниям, что данное лицо обвиняется в совершении преступления, за которое уголовным законом предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок свыше 2 лет и в настоящее время он не имеет регистрации на территории РФ.

С данными выводами суда первой инстанции, суд апелляционной инстанции не согласился по следующим основаниям.

Согласно ч. 1 ст. 110 УПК РФ мера пресечения изменяется на более строгую, когда изменяются основания для ее избрания, предусмотренные ст.ст. 97, 99 УПК РФ.

Уголовное дело в отношении Я возбуждалось по признакам преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264 УК РФ, ему была избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении. При допросе в качестве обвиняемого он признавал свою вину в инкриминируемом преступлении.

Затем органы следствия вынесли постановление о привлечении Я в качестве обвиняемого по ч. 2 ст. 264 УК РФ, при его допросе он вновь признал свою вину в содеянном, избранную меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении не нарушал.

В постановлении суда первой инстанции не содержится фактических данных об изменении, предусмотренных ст.ст. 97, 99 УПК РФ, оснований по которым Я была избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

Переквалификация действий обвиняемого с ч. 1 ст. 264 УК РФ на ч. 2 ст. 264 УК РФ, санкция которой предусматривает больший размер наказания в виде лишения свободы не может являться безусловным основанием для избрания Я меры пресечения в виде заключения под стражу.

Факт отсутствия у Я регистрации на территории РФ, был известен органам следствия при избрании ему меры пресечения, не связанной с изоляцией от общества, и никак не отразился на эффективности производства предварительного расследования по уголовному делу.

Напротив, материалами дела подтверждается наличие у Я устойчивых социальных связей на территории Белгородской области, где он проживает совместно с семьей, на его иждивении находятся трое несовершеннолетних детей, он трудоустроен.

Кроме того, не опровергнуты доводы обвиняемого о его обращении в органы УФМС России для получения регистрации в Белгородской области.

Представленным в суд апелляционной инстанции свидетельством подтверждено наличие у Я временной регистрации до июля 2016 года.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований, указывающих на то, что Я может скрыться от предварительного следствия и суда.

При таких обстоятельствах постановление отменено, в удовлетворении ходатайства следователя об изменении Я ранее избранной меры пресечения отказано.

Постановление отменено ввиду допущенных судом существенных нарушений норм уголовно-процессуального закона

Постановлением Алексеевского районного суда Белгородской области от 20 июля 2016 года оставлено без удовлетворения ходатайство адвоката Ш об освобождении осужденного О от наказания в связи с болезнью.

Апелляционная инстанция постановление отменила по следующим причинам.

Конституционный и Верховный Суды Российской Федерации неоднократно отмечали, что право на защиту является одним из принципов уголовного судопроизводства, действующих во всех его стадиях.

Нежелание обвиняемого пользоваться помощью защитника должно быть выражено явно и недвусмысленно.

Согласно материалам дела обязательства по защите прав и законных интересов осужденного О по соглашению взял на себя адвокат Ш, который являлся автором ходатайства.

Тем не менее, ходатайство об освобождении от наказания было рассмотрено в отсутствие названного защитника. При этом О ни письменно, ни устно от услуг адвоката не отказался.

В протоколе судебного заседания указано, что «лица, участвующие в деле, не возражали против рассмотрения ходатайства в отсутствие адвоката Ш».

Вместе с тем, в протоколе не отражено, отказался ли О от услуг указанного защитника, ходатайствовал ли об отложении дела для обеспечения явки адвоката, выразил ли он намерение самостоятельно защищать свои права и если да - то было ли это решение добровольным, а не вынужденным.

При таких обстоятельствах апелляционный суд признал, что при рассмотрении указанного ходатайства судьей было нарушено право осужденного на защиту.

Кроме того, отказывая в удовлетворении ходатайства защитника, судья не учел обстоятельство, которое могло существенно повлиять на его выводы.

По смыслу ч. 2 ст. 81 УК РФ лицо, заболевшее после совершения преступления иной тяжелой болезнью, препятствующей отбыванию наказания, может быть судом освобождено от отбывания наказания.

Следовательно, при решении вопроса об освобождении лица от наказания определяющее значение имеет установление судом наличия у осужденного тяжелой болезни, препятствующей отбыванию им назначенного наказания.

Согласно медицинским справкам О состоит на диспансерном учете у врача терапевта с диагнозом «ишемическая болезнь сердца».

Данный недуг включен в Перечень заболеваний, препятствующих отбыванию наказания (утвержден Постановлением Правительства РФ от 6 февраля 2004 года № 54), расположенных в разделе «Болезни органов кровообращения».

В этой связи возникает вопрос, почему в медицинской справке было сделано утверждение, что О не может быть направлен на медицинское освидетельствование.

Допрошенный в судебном заседании врач, составивший эту справку, указанных сомнений не прояснил.

При таких обстоятельствах судебное постановление было признано незаконным и необоснованным, в связи с чем отменено, а материалы дела переданы в районный суд на новое судебное рассмотрение.

В соответствии с ч. 2 ст. 81 УК РФ лицо, заболевшее после совершения преступления иной тяжелой болезнью, препятствующей отбыванию наказания, может быть освобождено судом от отбывания наказания

Постановлением Грайворонского районного суда Белгородской области от 4 февраля 2016 года отказано в удовлетворении ходатайства осужденного К об освобождении от отбывания наказания в связи с болезнью.

Апелляционная инстанция с принятым решением не согласилась, указав следующее.

Основанием для освобождения от наказания по болезни является наличие одного из заболеваний, входящих в утвержденный Постановлением Правительства Российской Федерации от 6 февраля 2004 года N 54 «Перечень заболеваний, препятствующих отбыванию наказания», если стационарное лечение не дало положительных результатов, что должно быть подтверждено комиссионным медицинским заключением.

Как видно из материалов личного дела осужденного К, ему установлена 1 группа инвалидности по зрению бессрочно.

Из заключения медицинской комиссии следует, что осужденный имеет заболевание - полная слепота обоих глаз, которое по своей тяжести входит в Перечень тяжелых заболеваний и служит основанием для освобождения от дальнейшего отбывания наказания в связи с болезнью.

С учетом изложенного, выводы суда о том, что ходатайство К не подлежит удовлетворению только лишь по основанию, что имеющееся у него заболевание было известно суду и учитывалось при постановлении приговора, не основаны на законе.

Учитывая наличие у К тяжелого заболевания, суд апелляционной инстанции постановление отменил, освободив осужденного от отбытия наказания в связи с тяжелым заболеванием.

В соответствии с ч. 2 ст. 135 УПК РФ, реабилитированный в случае прекращения уголовного дела вправе обратиться с требованием о возмещении вреда в суд как по месту органа вынесшего постановление, так и по месту жительства

Постановлением Свердловского районного суда города Белгорода от 02 июня 2016 года ходатайство П в порядке ст. 135 УПК РФ о возмещении реабилитированному имущественного вреда, направлено по подсудности в Северодвинский гарнизонный военный суд.

Апелляционная инстанция с указанным решением не согласилась по следующим основаниям.

Первоначально в отношении П как военнослужащего было возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч. 1 ст.286УК РФ военным следственным отделом СК России по городу Северодвинск Архангельской области.

Впоследствии постановлением следователя уголовное дело прекращено по реабилитирующим основаниям.

С П расторгли контракт и после завершения службы он выбрал место жительства в городе Белгороде.

В соответствии с ч. 2 ст. 135 УПК РФ реабилитированный вправе в случае прекращения уголовного дела обратиться с требованием о возмещении вреда в суд как по месту органа вынесшего постановление, так и по месту жительства.

Однако принимая решение о направлении по подсудности ходатайства П о возмещении ущерба в порядке реабилитации в Северодвинский гарнизонный военный суд Архангельской области, суд сослался на положение ст. 31 УПК РФ, в которой установлена исключительная подсудность дел в отношении военнослужащих.

Вместе с тем, суд не учел, что положениями указанной статьи установлена исключительная подсудность уголовных дел в отношении военнослужащих, которые подлежат рассмотрению военным судом.

Ходатайство П не является в прямом смысле уголовным делом.

Тем более, на момент обращения с ходатайством в суд, П не являлся действующим военнослужащим (понятие военнослужащего определено ст. 2 ФЗ РФ «О военнослужащих»).

В ст. 135 УПК РФ не содержится исключений, запрещающих суду общей юрисдикции принимать к рассмотрению ходатайство о возмещении вреда в порядке реабилитации бывшего военнослужащего, в отношении которого осуществлялось уголовное преследование, с последующим прекращением дела по реабилитирующему основанию, а напротив, закрепляет за таким лицом право на обращение в суд по месту жительства.

П проживает на территории восточного округа города Белгорода, поэтому его ходатайство подсудно Свердловскому районному суду.

Арест на имущество, находящееся у других лиц, не являющихся обвиняемыми по делу, может быть наложен лишь в случаях прямо предусмотренных ч. 3 ст. 115 УПК РФ

Постановлением Борисовского районного суда Белгородской области от 27 апреля 2016 года удовлетворено ходатайство следователя о наложении ареста на имущество - автомобиль, находящийся в пользовании обвиняемого по уголовному делу Л.

Отменяя постановление, апелляционная инстанция указала следующее.

Удовлетворяя ходатайство следователя о наложении ареста на имущество, суд мотивировал свое решение тем, что автомобиль находится в фактическом пользовании обвиняемого лица.

Вместе с тем, из материалов дела усматривается, что вышеуказанный автомобиль фактически принадлежит матери обвиняемого – В.

В соответствии с ч. 3 ст. 115 УПК РФ арест может быть наложен на имущество, находящееся у других лиц, не являющихся подозреваемыми, обвиняемыми или лицами, несущими по закону материальную ответственность за их действия, если есть достаточные основания полагать, что оно получено в результате преступных действий подозреваемого, обвиняемого либо использовалось или предназначалось для использования в качестве орудия, оборудования или иного средства совершения преступления.

Указанные обстоятельства, позволяющие произвести арест имущества, иного лица, в постановлении суда не приведены.

Напротив, согласно материалам дела собственником автомобиля, на который наложен арест, является лицо, не несущее по закону материальную ответственность за действия Л. Сведения о том, что арестованный автомобиль был получен в результате преступных действий обвиняемого, либо использовался или предназначался для использования в качестве орудия, оборудования или иного средства совершения преступления также отсутствовали.

Учитывая изложенное суд апелляционной инстанции признал постановление районного суда незаконным и необоснованным, в связи с чем его отменил, и вновь рассмотрев ходатайство следователя, оставил его без удовлетворения.

Судебная коллегия по уголовным делам

Белгородского областного суда

опубликовано 21.03.2017 17:03 (МСК), изменено 21.03.2017 17:07 (МСК)


ПОРЯДОК ПРИЕМА ГРАЖДАН


Режим работы суда

понедельник
8.30 - 17.30
вторник
8.30 - 17.30
среда
8.30 - 17.30
четверг
8.30 - 17.30
пятница
8.30 - 16.15

перерыв
13.00 -13.45
Суббота, воскресенье - выходные дни

Прием граждан ведется в Приемной суда в течение рабочего времени